Илья Муромец с богатырями на соколе-корабле. Русские народные былины

По морю, морю синему, По синему по Хвалунскому, Ходил-гулял Сокол-корабль Не много, не мало — двенадцать лет. На якорях Сокол-корабль не стаивал, Ко крутым берегам не приваливал, Желтых песков не хватывал. Хорошо Сокол-корабль изукрашен был: Нос, корма по-звериному,
А бока зведены по-змеиному.
Да еще было на Соколе на корабле,— Еще вместо очей было вставлено Два камни, два яхонта; Да еще было на Соколе на корабле,— Еще вместо бровей было повешено Два соболя, два борзые; Да еще было на Соколе на корабле,— Еще вместо очей было повешено Две куницы мамурские;
Да еще было на Соколе на корабле
Еще три церкви соборные; Да еще было на Соколе на корабле Еще три монастыря, три почестные; Да еще было на Соколе на корабле Три торговища немецкие; Да еще было на Соколе на корабле Еще три кабака государевы; , Да еще было на Соколе на корабле Три люди незнаемые,
30 Незнаемые, незнакомые,
Промежду собою языка не ведали. Хозяин-от был Илья Муромец, Илья Муромец сын Иванов, Его верный слуга — Добрынюшка, Добрынюшка Никитин сын, Пятьсот гребцов, удалых молодцов. Как из далече-далече из чиста поля Зазрил-засмотрел Турецкой пан, Турецкой пан большой Салтан,
Большой Салтан Салтанович,
Он сам говорит таково слово: «Ах вы гой еси, ребята добры молодцы, Добры молодцы донские казаки! Что у вас на синем море деется, Что чернеется, что белеется? Чернеется Сокол-корабль, Белеются тонки парусы. Вы бежите-ка, ребята, ко синю морю, Вы садитесь, ребята, во легки струги,
50 Нагребайте поскорее на Сокол-корабль
Илью Муромца в полон бери, Добрынюшку под меч клони». Таки слова заслышал Илья Муромец, Тако слово Добрыне выговаривал: «Ты Добрынюшка Никитин сын! Скоро-борзо походи во Сокол-корабль, Скоро-борзо выноси мой тугой лук, Мой тугой лук в двенадцать пуд, Калену стрелу в косу сажень»,
Илья Муромец по кораблю похаживает,
Свой тугой лук натягивает, Калену стрелу накладывает, Ко стрелочке приговаривает: «Полети, моя каленая стрела, Выше лесу, выше лесу по поднебесью, Не пади, моя каленая стрела, Ни на воду, ни на землю, А пади, моя каленая стрела, В турецкой град, в зелен сад,
В зеленой сад, во бел шатер,
Во бел шатер, за золот стол, За золот стол, на ременчат стул, Самому Салтану в белу грудь, Распори ему турецкую грудь, Расшиби ему ретиво сердце». Ах тут Салтан покаялся: «Не подай, боже, водиться с Ильей Муромцем Ни детям нашим, ни внучатам, Ни внучатам, ни правнучатам,
Ни правнучатам, ни пращурятам».